Current mood:	energetic
Current music:	Паветраны шар
Entry tags:	Марш несогласных, Петербург

25 ноября, ПЕТЕРБУРГ
Поскольку газетный репортаж мне еще предстоит писать для дружественной газеты, сейчас это будут просто заметки очевидца и участника.
УТРО
Еду на Маяковского, 46. Мысли слегка сонные и беспокойные. С самого начала мне ясно, что сбор на Маяковского закончится задержаниями, тем более что уже известно, что на Маяковского огромное количество ОМОНа, автозаки и прочая дрянь. Прекрасно понимаю, что не удастся никого убедить не идти толпой на Невский, а добираться до Дворцовой малыми группами... Но далека от мысли потом обвинять "лидеров", что они что-то сделали "не так". Потому что должно быть то, что должно быть.
В "Яблоке" яблоку негде упасть. Курносова говорит, что город выглядит как во время спецоперации. выступают Резник, Белых...
Появляется Элла - она в 3 часа ночи получила инфу о готовящейся провокации - инспирированной драке (она-таки действительно произошла, но на общем фоне это уже была мелкая деталь). Параллельно вокруг циркулирует и "скаутит" a_js, сообщает, где "чисто", а где уже "поджидают".
Немецкий телеоператор рассказывает. что весь Невский заполнен милицей и омоновцами. Все подходы к Дворцовой - в милицейских кордонах.
Раздают белые гвоздики ("зловещие цветы"). Коцюбинский сначала не хочет брать гвоздику и шутит, что он сам как цветочек, но Лена Иванова (Капля-в-море) дает ему цветок. "погодка-то какая хорошая... Ну что, пора уже двигаться...Где вожди!"
Резник говорит в мегафон. что мы просто гуляем по любимому городу. С цветочками в руках. Дальше для меня уже рефлекторное. Если бы у меня были не вылечены зубы, началась бы зубная боль - это уже рутина. "Космонавты". Вопль космонавтского начальника: "Блокировать! Брать всех!" Часть людей просто в ряд выстроили к стене. Часть - что ОМОН, что собравшиеся - находятся в каком-то странном движении, среди всего этого стоит Наталья Евдокимова и растерянно говорит: "А мне сказали, что меня задержали. И не задерживают. Никому я не нужна..." Она осталась стоять, и ее все же задержали, как и Даню, как и Сашу Шуршева - (его еще и побили), как и Олю (Курносову), как и Эллу...Белые гвоздики лежат в грязи. Моя гвоздика цела. Я ее донесла практически до Дворцовой, потом она сломалась.
Я же четко знаю, что я должна добраться до Дворцовой. Обнаруживаю себя внутри малочисленной группы. Чудесная девочка Оля Галкина, Никита Белых, еще кто-то, еще кто-то, несколько журов в жилетах... Мы решаем идти скорее на Дворцовую, тем более, что по сведениям "скаута", на Некрасова чисто, и на Литейном в этом месте тоже. Звонит подружка Ирка, спрашивает, где я, а она едет по Невскому. Еще выясняется, что от Гостинки проверяют документы у всех лиц мужского пола.
Идем по Некрасова. И тут один из немногих оставшихся на свободе лиц из числа заявителей Марша останавливает всех и начинает бормотать, что акция не удалась, что надо идти и вызволять задержанных, Никита Белых в Питере вообще ни ухом ни рылом и посему вообще не знает, как на что реагировать, Оля Галкина говорит, что на Дворцовую надо идти. Я поддерживаю ее - ведь там уже собрались люди, и явно не закончится задержаниями на Маяковского. Идем. Где-то на Невском уже собираются остатки ОГФ, а еще в кафе выжидают краеведы.
БЛИЖЕ К ПОЛУДНЮ
И к Дворцовой. Проходим по Некрасова, хохочем над плакатом "Лечение от геморроя." дальше - к цирку. Дальше, дальше. Кучи ментов. "А посмотрите, пожалуйста!" - громко говорит Оля Галкина. - "Перед вами - замечательный памятник архитектуры - Спас на крови..." Мы гуляем по городу. Мы идем к Эрмитажу.
Проверки документов начинаются повсеместно на самых дальних подступах. Я с гвоздикой. Митька берет меня под руку. Документы спрашивают только у мужиков. Какие-то просто-обычные-люди тоже идут, их тоже останавливают и объясняют что-то о спецрежиме. Я же, маскируясь под просто-обычного-человека (блондинка) верещу какую-то чушь про выставку в Эрмитаже, и что же нам делать, ведь мы же договорились, гости, а Митька с любопытством спрашвает у ментов :"А что, Путин приехал7"Нас не пропускают, гоняют какими-то кругами. Миллионная, набережная, выворачиваем на Дворцовую. оцепленную.
Как говорили люди. пробиравшиеся с разных сторон, проверки и непущания были со всех сторон. вообще удивительно, что сотни человек все же пришли. Спор о численности - вечный. И я попытаюсь спокойно подумать. Отсекали народ практически по периметру всей стандартно-туристической части Города. Но люди подходили. Со стороны Эрмитажа было заполнено пространство на тротуаре и газонах до самой набережной. Со стороны Адмиралтейства было пореже. Задержано было в общей сложности около 400 человек. Ну, сотня вне Дворцовой (включая Немцова, переходившего якобы неправильно улицу). Но задержан был ведь даже не каждый десятый...
"Митинг разрешен у БКЗ! Идите туда!" - поначалу орали в милицейский мегафон.
Дальше началось комическое: "Уйдите с тротуара! не мешайте гражданам спокойно ходить!" А куда идти - на проезжую часть? И мы не граждане? А почему по тротуару можно ходить и на нем нельзя стоять? И почему вообще закрыта Дворцовая, пешеходная зона. где как раз все всегда и ходят?
В ответ на это раздалось: "Это наш город!" И естественная реакция - побежали космонавты. С другой стороны - другие космонавты. Мы блокированы. Первые столкновения. Попытка перейти проезжую часть на зеленый свет заканчивается теплой встречей с тем же ОМОНом.
Митяй держит меня под руку, а у меня как на грех все время развязывается шнурок на ботинке. Нельзя оставлять его развязанным - это опасно. Наклоняться - тоже опасно, когда сзади бегут эти. Я все же успеваю, кое-как завязываю, но он опять развязывается.
"Россия без Путина!" - скандирует группа людей. Скандирования возникают с самых разных сторон. Малочисленные, рассеянные группы. время от времени отбегают под натиском. Но не расходятся, хотя еще есть пока куда уйти. Это потом становится некуда.
Ухитряемся перебежать к Адмиралтейству.
После этого кричим "Конституция!".Окончательно убеждаюсь: на это слово у них особая аллергия. Как по команде они кидаются на людей.
Немолодые тетки говорят одна другой: "А вы что не знали. что теперь у себя в городе мы не хозяева?". Кому-то заломили руки. Одному, еще одному. Митяй дергается из-за меня. Я спокойна. Я смотрю на все как будто бы со стороны, и одна мысль: "оделась правильно, главное, чтобы по лицу не попали. Синяк - это долго". Несколько пробежек туда-сюда по Английской. Переходим к Неве. льдины. Женщины из "Охтинской дуги": "Сейчас бы их всех, и туда, под лед..." - "Как бы нас не под лед..." - отвечаем.
Дважды вталкивают в омоновский автобус корра "Коммерсанта". По предъявлении ксивы освобождают.
...Не под лед. Потеснили на МОСТ. Это преступники.
Мы, не входя на мост, жмемся к гранитной стене. Это самое безопасное. Потому что на мосту может быть самое страшное. Но - безумству храбрых и так далее - несколько человек зажигают файеры, сами бегут на мост и кричат: "Долой полицейское государство!". Не знаю, кто это, нацболы не нацболы - но на самом деле они сделали очень много. У ЭТИХ, судя по всему, не было ни задачи, ни плана (кроме планапутина, которым они все обкурились) - только установка мочить и пугать. Поэтому вместо теснения людей на мост они, наоборот, стали утаскивать людей с моста. По одному. Одного просто протащили по асфальту. И с остальными, включая юных девушек, тоже обращались по-зверски.
Симпатичная фотокор одного из информагентств держится за столб и бьется в истерике: "уйдите все от меня! Снимать теперь буду только природу и погоду!"
ДЕНЬ
Автозаки набиваются быстро. Но эти петербуржцы, которыми никто не командует, которых никто не заводит, не расходятся. Омоновцы выхватывают по-прежнему то одного, то другого - поодиночке.

потом, очевидно, что-то еще их разозлило, и на нас опять бегут. В этот раз я успеваю зафиксировать что-то доселе в глаза не бросавшееся: мало того, что у них глаза какие-то бессмысленные, еще и на каждом лице странная гримаса, какая-то искривленная улыбка. Что это?
Дубинки. Успеваю накинуть капюшон. И тут же замечаю, что под руку меня никто не держит. оглядываюсь, но появляется Антоша Мухин и отбрасывает меня куда-то, потом хватает и тащит прочь. Спасибо, Антон, но сына моего взяли. И я возвращаюсь.
Какой-то начальник громко кричит: "Лишние, уходите отсюда!" - "Куда вы идете, девушка?" - "Сына у меня ваши взяли" - "Сколько сыну лет?" - "Двадцать два." - "А что он ходил, где не надо ходить?"
Теперь я просто брожу, разговариваю с людьми, пишу эсэмэски, звоню и получаю звонки. В голове стучит старое собственное эмоциональное стихотворение:
"Мы не просили у Бога
Ни площадей, ни дворцов,
Только любви и свободы,
Только друзей и работы,
Музыки и стихов" (кажется, так было)
И натыкаюсь на Сережу Веснова. Он не знает, где кто, где Абрамыч, мы говорим о планах на неделю, я пытаюсь параллельно выяснить, как узнать, где Митяй. В это время оживляются телевизионщики - с Дворцового моста едет джип с огромным надувным зеленым Крокодилом на крыше. Абрамыч. Его потом задержат у БКЗ, причем он сам успел услышать команду по рации "Задержите джип с крокодилом".
Я узнаю, что Митяй оказался в хорошей компании - вместе с Халлкелем и Эдом.
Сережа Веснов (спасибо тебе огромное, Сережа) с этой минуты в течение нескольких часов сопровождал меня по отделам милиции. Пока подмога не пришла.
Вторая серия чуть попозже. Передохнуть нужно маленько.